 |
Клезмерскую музыку часто сравнивают с джазом. Современные интерпретации клезмерской традиции часто подаются аудитории, как одно из этнических ответвлений джаза, хотя Восточная Европа танцевала под музыку клезмеров задолго до того, как новоорлеанцы стали танцевать под свои диксиленды, а ньюйоркцы под свои регтаймы. Самое занятное, что на позднем этапе рэгтайм так обильно черпал из еврейской традиции, что уже неясно было, какой стиль доминирует. На рынке побеждает тот, кто вкладывает больше денег в рекламу, поэтому в наши дни клезмерскую музыку считают джазовой. Но если разобраться, то у нас есть все основания считать джаз клезмерской музыкой. Но у обоих жанров есть, по мень-шей мере, одна общая характеристика – импровизация. Шломо замечает, что общего значительно больше. Единственная существенная разница – интонации. – В Бельцах все молодые музыканты делились на две группы, – вспоминает Шломо. – Одни увлекались битлами, другие – джазом. Меня увлекал джаз. Но даже среди любителей джаза были такие, которые сразу начинали с Орнета Коулмена, а были те, кто начинал с диксиленда. Я относился ко вторым, но по сей день диксиленд остается моим любимым жанром. И по сей день я убежден в том, что диксиленд – более сложная музыка, чем музыка битлов. У «Битлз» были прекрасные ме-лодии, никто не спорит, но в плане исполнительского мастерства, сложности композиций, это несопоставимо. Джаз и еврейская музыка в жизни Шломо Лейдермана шли постоянно рука об руку. В Израиле, где он окончил Тель-авивскую музыкальную академию, он создал и в течение 17 лет возглавлял популярный музыкальный коллектив «Адом атик» – «Старое красное» (в смысле вино), который выступал на самых престижных джазовых фестивалях страны. И всегда в его репертуар, наравне с произведениями джазового мейнстрима, входили мелодии клезмеров. С одинаковым восторгом их встречали в Бельгии, Германии, Италии и других странах, где гастролировал «Адом атик». Когда мы встретились с Шломо, он работал с новым клезмерским коллективом. Он был собран специально для выступления, которое состоится 8 мая в отделении Бруклинской публичной библиотеки в Виндзор-Террас. Для знакомства со своим творчеством Шломо дал мне видеозаписи выступления двух составов, в которых он играл в Израиле. Мое внимание привлекло его выступление на фестивале Jazz, Blues and Videotape. Группа играла традиционный американский блюз. Упитан-ный еврейский мужчина в смокинге и с благородной сединой в курчавых волосах жаловался голосом Би Би Кинга на то, что какая-то легкомысленная бэйби снова бросила его. Эффект был просто поразительным. Закрываешь глаза – Би Би Кинг. Открываешь – упитанный еврейский мужчина в смокинге. Потом я подумал, что вот это и есть профессионализм. Сто с лишним лет назад приехавшие в Америку клезмеры играли все, что требовала аудитория. Знаменитый кларнетист Дэйв Тарас с еврейского Ист-Сайда подрабатывал в русских оркестрах «Новинка» и «Москва». Родной папа би-бопа Чарли Паркер охотно играл на свадьбах и бар-мицвах... В жизни каждого человека наступает момент, когда душа алчет обновления. После 17 лет работы с «Адом атиком» и многолетней деятельности на посту музыкального директора тель-авивского театра «Идиш шпил», Шломо приехал в Америку. Музыка по-прежнему кормит его. Он участвовал в записи пяти альбомов, среди которых – альбом известной в еврейской общине певицы Ирины Фогельсон. Он делает аранжировки для исполнителей и пишет песни. И он постоянно выступает. Пе-ред нашей встречей еврейский музыкант участвовал в концерте известной старым посетителям «Русского самовара» исполнительницы цыганских романсов Жени Шевченко. Профессионал играет все. На мой вопрос, хватает ли ему на жизнь му-зыкантских заработков, он уверенно отвечает, что еще остается.  РАСПЕЧАТАТЬ
|
Размещение рекламы Информация о сервере Email: web@nrs.com  |
|
|
|
 |